Больше комфорта, меньше дедовщины и кипы отчётов. Какая сегодня армия?

Через месяц стартует весенний призыв. Инспектор ЦВО генерал-майор Владимир Трофимов считает, что с увеличением числа служащих по контракту понятие «дедовщина» почти искоренено, а армия, наконец, начала заниматься своим делом.

Новобранцев перед отправкой в воинскую часть полностью экипируют.

Новобранцев перед отправкой в воинскую часть полностью экипируют. © / Владимир Трофимов / Из личного архива
Сегодняшняя армия, по мнению генерала-майора Владимира Трофимова, занимается своим делом – готовится к войне или воюет. Она стала более открытой, появился порядок. Но проблема нехватки финансирования никуда не делась. К примеру, военком Башкирии уже полтора года живет в сборном пункте, потому что не предоставляют квартиру.
Владимир Трофимов

На первом месте – железо

Светлана Полиновская, «АиФ-Башкортостан»: Владимир Иванович, говорят, с приходом Сергея Шойгу армия заметно изменилась в лучшую сторону. На самом деле это так или всё отлично больше по отчётам?

Владимир Трофимов: Не один человек определяет политику, сейчас у министра обороны хорошая команда. В первую очередь изменилась система комплектования Вооружённых сил. Раньше всё было по призыву. Теперь служащих по контракту в два раза больше. Это те же части и специалисты, но труд оплачивается по-иному. Человек подписывает договор на срок от двух лет и более. Может с такой службы уйти на пенсию. Он имеет право на жильё и другие льготы. Контракт заключается и с офицерским составом, всё остаётся по-прежнему, только государство даёт гарантии выполнения обязательств. В Центральном военном округе, где 29 образований, мы занимаем первое место по контракту – каждые полгода 1000-1500 человек пополняет ряды армии. Этой осенью желающих было больше, чем финансовой возможности, всех не смогли оформить. Зарплата у контрактников от 20 тыс., она зависит от места и срока службы.

Во-вторых, армия сейчас занимается своим делом, она должна готовиться к войне или воевать. В прежние годы не стреляли, не летали, не было топлива, даже боеприпасы не выделяли, хотя у нас их очень много. В Урмане на складах хранились ещё с 1945-1947 годов. Пик застоя с боевой подготовкой был при Сердюкове. Сейчас «железо» (вооружение) у нас на первом месте. Если посмотреть, самолёт такой же, как и раньше, но начинка уже совсем другая. К 2030 г. должны обновить 80% техники. К тому же в последние годы повысилась открытость Вооружённых сил, информации стало больше, значит, и порядка.

Досье

Владимир Трофимов. Родился 31 августа 1945 г. в п. Мурмаши Мурманской области. Окончил Омское высшее командное училище в 1967 г. и Военную академию им. М. В. Фрунзе в 1980 г. В 1967 по 1973 г. — комвзвода в Прибалтийском ВО, командир роты, начальник штаба батальона. Затем командир мотострелкового батальона в Центральной группе войск. В 1975-1977 годах — командир мотострелкового батальона в Забайкальском ВО, в 1980-1986 — командир полка, зам. командира дивизии, комдив в Туркестанском ВО. 1986—1989 — комдив в Приволжском ВО (Алкино). До 2001 г. — военный комиссар РБ. Сейчас – инспектор ЦВО. Награждён орденами и медалями.

— Почему в Башкирии расформировывают воинские части?

— Не расформировывают, а переводят. В зенитно-ракетную бригаду, что стояла под Уфой в Алкино, в начале девяностых направляли служить порядка тысячи призывников. Теперь её перевели под Пензу. Не думаю, что это дискриминационная политика. Там лучше материальная база, и географически новое расположение удобнее, ближе к Западу. В Алкино дислоцируется 12  гвардейская Кёнигсбергская – Городокская Краснознаменная инженерная бригада, в которую осенью отправили примерно 100 новобранцев. Подготовленные военнослужащие из этой бригады выполняли боевые задачи в Сирии, это бесценный военный опыт. Командир, полковник Виктор Кухальский сам не раз был в командировке в этой стране.

В республике сейчас делаем основной упор на подготовку мобилизационной базы, приписываем сюда после увольнения ребят, отслуживших в Башкирии и за её пределами.

Мы призываем новобранцев больше, чем в других регионах, в том числе в Татарстане. Даже в 90-е годы в нашей республике люди не отвернулись от армии, у нас в школах позже всех отменили допризывную подготовку.

Дорога на восток

— Где служат наши ребята?

— Во всех родах и военных округах. Но основное направление – восток. Это неплохо, наиболее спокойное место по напряжённости. На первом месте по ней сейчас Южный военный округ из-за событий на Украине.

— Было много нареканий по поводу формы от Юдашкина, солдаты в ней мёрзли, как обстоит дело сейчас, тем более наши ребята служат в северных регионах?

— В ту форму не успели всех переодеть. Сейчас хорошее обмундирование, удобное для полевых условий и боевых действий. Форма тёплая и лёгкая.

— Как изменилось питание?

— Солдаты и раньше голодными не ходили, но такого разнообразия не было, в основном жили на перловке. Теперь в столовых линии самообслуживания, предлагается два первых, два вторых, салаты, яйца, молоко, соки. Стало не только калорийно, но и вкусно.

— С введением тихого часа армию стали сравнивать с детским садом…

— Тихого часа уже нет, это была задумка Сердюкова. 5-дневная рабочая неделя тоже не прижилась, службу вообще странно нормировать. Казармы более благоустроенные, в основном кубриковая система (комната на 4 человека), есть душ, стиральная машина, в комнате отдыха – ТВ с кучей каналов, аудиоаппаратура.

— На что жалуются призывники? Дедовщину победили?

— Массовых жалоб нет. Нагрузки большие, кто-то 10 км пробежал, тяжело стало, вот и делится с родителями. Основа для дедовщины выбита с переходом на контракт.

— Раньше говорили, плох тот солдат, который не мечтает быть генералом. Чего сейчас хотят наши ребята?

— Они же идут в армию, чтобы не просто отбыть время. Солдаты хотят научиться профессионально исполнять свой воинский долг. Проверить себя, пройти школу возмужания.

— После вуза молодые специалисты служат рядовыми. Считаете, правильно отменили военные кафедры?

К сведению

В 2017г. погибли четверо контрактников из Башкирии, сообщили в Комитете защиты военнослужащих и их семей РБ. Так, Центр специального назначения ФСБ России сообщил на своей странице в соцсети, что в июле в Сирии погиб 42-летний житель Нефтекамска Андрей Володин. Сведений о земляках, возможно служивших в Сирии в частной военной компании Вагнер, не относящейся к Вооружённым Силам РФ, и погибших там, найти не удалось.

— Думаю, это было ошибкой. Доучить человека до военной специальности всегда проще, чем начинать с нуля. Сейчас не хватает специалистов по мобилизационному направлению. Для мирного времени 87 военных училищ страны покрывают потребность в кадрах, но если обстановка потребует, этого будет недостаточно. Сейчас только УГАТУ занимается подготовкой мобилизационного резерва офицеров. Раньше в БГМУ готовили военных врачей, в БГУ – мотострелков, в аграрном университете  выпускали офицеров ПВО, в нефтяном – топливников, был целый факультет. Сейчас их нет.

На бумажном фронте

— А как с отчётностью?

— Кипы отчётов. Видимо, это продиктовано стремлением навести идеальный порядок. Военкомат тонет в бумажной круговерти. Проверки, множество документов, — определённые структуры показывают свою работу. Вот сейчас послали ответы в инстанции по поводу обращения матери призывника в Белебее. Она пожаловалась, что её не пустили на прохождение медкомиссии сыном. Председатель комиссии подумал, что это неудобно для остальных ребят, они от одного врача к другому ходят в трусах. А по правилам присутствие матери не возбраняется, это допустимо. Взять декларацию об антикоррупционной направленности, на деле — потеря времени, ведь взятку в отчёт никто не внесёт.

— И часто берут?

— Есть единичные случаи, как и в других сферах жизни.

— Что не хватает нашей армии?

— Финансирования. У сотрудников военкомата (они гражданские) средняя зарплата 12 тысяч. В призыв ненормированный рабочий день, а после ещё повестки разносить нужно. Прежде было 67 городских и районных военных комиссариатов, осталось 40. Где-то на три района один, а у военкома служебного транспорта нет. Единственный автомобиль – у военкома РБ Игоря Харченко. Кстати, сам он уже полтора года живёт на сборном пункте. Такие сложности с предоставлением квартир для сотрудников военкоматов.

— Разве там можно жить?

— Там есть гостиница. Вообще у нас один из лучших сборных пунктов в стране, имеются и столовая, и казарма. В этом году выделили на его содержание 9 млн рублей, это неплохо. Ремонт, поддержание порядка требуется постоянно, в призыв через наш сборный пункт проходит 10 тысяч человек. Но вот 10 апреля будем отмечать 100-летие военного комиссариата, а нет денег, чтобы снять зал, не говоря уже об организации торжества. Всё потому, что масса документов ограничивает возможность финансирования.

— Набирает популярность военно-патриотическое воспитание молодёжи…

— У нас 231 военно-патриотический клуб при учебных заведениях, они содержатся за счёт муниципалитетов. В юнармии более 6 тыс. человек, 415 отрядов в 70 районах.

Главное, чтобы такое воспитание было не только для парада. Массами мы умеем управлять, надо учиться работать с конкретными людьми. На парад деньги есть, а на занятия не хватает, ведь ребятам нужно изучать устав, историю, технику, проводить тренировки по стрельбе.

http://www.ufa.aif.ru/society/persona/bolshe_komforta_menshe_dedovshchiny_i_kipy_otchyotov_kakaya_segodnya_armiya